Возврат проданной доли в уставном капитале ООО, как способ решения корпоративных конфликтов

Слияния и поглощения. 2011. № 7-8 С. 54-57

Поводом для написания этой статьи послужило арбитражное дело, в котором мы разрабатывали правовую позицию на стороне истца – продавца доли в уставном капитале. В ходе этой работы возникла необходимость в обсуждении одного вопроса, крайне важного для практики разрешения корпоративных конфликтов.

Обстоятельства дела в следующем. Продавец, владелец 100% доли в уставном капитале ООО, продал свою долю. По условиям договора оплата должна производиться в рассрочку; в случае нарушения покупателем срока очередного платежа более чем на 10 дней к продавцу переходит право собственности на неоплаченную часть доли с момента уведомления об этом продавцом общества. После совершения первого платежа покупатель направил в общество уведомление о переходе к нему доли, утвердил и зарегистрировал новую редакцию устава с собой, как единственным участником[1]. После этого покупатель неоднократно нарушал график платежей, в связи с чем продавец направил обществу и покупателю уведомление о возврате доли продавцу. Однако вместо её возврата покупатель продал долю кипрской компании, которая немедленно приняла новую редакцию устава с собой в качестве единственного участника, изменила адрес общества и оперативно зарегистрировала всё это в ИФНС. Продавец обратился в суд с иском к обоим покупателям с требованием признать за ним право собственности на 71,1 % доли в уставном капитале общества, пропорционально той части доли, которая осталась не оплаченной первым покупателем. Суд первой инстанции иск удовлетворил. В решении суд обосновал свою позицию так: прежде всего, на основании ст. 491 и ч. 2 ст. 346 ГК РФ суд признал недействительным договор купли-продажи доли, заключённый между ответчиками; затем, исходя из ч. 3 ст. 488 и ч. 2 ст. 489 ГК РФ признал за продавцом право требовать возврата доли. На это решение обществом подана апелляционная жалоба, в которой, со ссылкой на судебную практику, обосновывается невозможность применения ч. 3 ст. 488 и ч. 2 ст. 489 ГК РФ к договору купли-продажи доли в уставном капитале[2]. Анализ этой практики свидетельствует о том, что доводы судов, отрицающих возможность применения ч. 3 ст. 488 и ч. 2 ст. 489 ГК РФ к договору купли-продажи доли в уставном капитале состоят в следующем.

  1. В отношении договоров купли-продажи долей, заключённых до 1.07.2009 г.

В силу особенностей, присущих такому объекту гражданских прав, как доля в уставном капитале, которая не является вещью в смысле объекта материальной действительности, а представляет собой способ закрепления факта принадлежности лицу определенного объёма имущественных и неимущественных прав и обязанностей участника общества, к договору об уступке доли уставного капитала положения ГК РФ о договорах купли-продажи применяются с учётом норм Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее — ФЗ «Об ООО»). Исполнение договора уступки доли и факт уведомления общества о состоявшей уступке являются в силу ч. 6 ст. 21 ФЗ «Об ООО» основанием для перехода к покупателю, прав и обязанностей участника, лишение которых возможно лишь в судебном порядке по основанию ст. 10 ФЗ «Об ООО», но не в рамках требования о возврате доли по мотиву её несвоевременной оплаты[3].

  1. В отношении договоров купли-продажи долей, заключённых после 1.07.2009 г.

Согласно ч. 12 ст. 21 ФЗ «Об ООО» доля в уставном капитале общества переходит к её приобретателю с момента нотариального удостоверения сделки, направленной на отчуждение доли, либо в случаях, не требующих нотариального удостоверения, с момента внесения в ЕГРЮЛ соответствующих изменений на основании правоустанавливающих документов. После этого переход доли может быть оспорен только в судебном порядке путём предъявления иска в арбитражный суд. Таким образом, исполнение договора уступки доли и факт его нотариального удостоверения являются в силу ч. 12 ст. 21 ФЗ «Об ООО» основанием для перехода к ответчику прав и обязанностей участника общества, лишение которых возможно лишь в судебном порядке, по предусмотренным положениями данного Закона основаниям, но не в рамках требования о возврате доли по мотиву её несвоевременной оплаты. В данном случае, согласно ч. 3 ст. 486 ГК РФ, если покупатель своевременно не оплачивает переданный товар, продавец вправе потребовать оплаты товара и уплаты процентов. Наличия права требовать возврата переданного товара положения данной нормы права не содержат[4]. Неполная оплата истцом приобретённой доли, с учётом специфики корпоративных отношений, не дает продавцу права потребовать её возврата; последний может воспользоваться другими способами защиты своего права, например, потребовать возмещения убытков[5].

Оценим эту позицию.

***

Прежде всего, необходимо определиться с правым режимом доли в уставном капитале, как объекте гражданских прав. На наш взгляд в этом вопросе можно согласиться с позицией судов, полагающих что «доля участника в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью не является вещью, а представляет собой способ закрепления за лицом определённого объёма имущественных и неимущественных прав и обязанностей участника общества; поэтому положения ГК РФ о праве собственности, а также общие положения ГК РФ о договорах и о купле-продаже применяются к договору уступки доли в уставном капитале общества лишь постольку, поскольку они не противоречат специфике доли как предмета сделки»[6]. Заметим, что по договору купли-продажи продаётся, конечно, не «способ закрепления» (ст. 128 ГК РФ не знает такого объекта гражданских прав), а именно «имущественные и неимущественные права и обязанности участника общества»; размер доли выражает лишь объём этих прав[7]. Продажа доли – это всегда продажа прав.

Статьи 488 и 489 ГК РФ расположены в параграфе первом главы 30 ГК РФ. Согласно ч. 4 ст. 454 ГК РФ, положения данного параграфа применяются к продаже имущественных прав, если иное не вытекает из содержания или характера этих прав.

Следовательно, ст. 488 и 489 ГК РФ в части возврата неоплаченной доли не могут применяться к договору купли-продажи доли только если будет доказано, что это действие противоречит содержанию или характеру прав участника общества.

Именно здесь самое слабое место всех указанных выше судебных актов. Ни в одном из них не объясняется: как из специфики содержания и характера прав участника общества с ограниченной ответственностью логически следует невозможность применения механизма возврата неоплаченной доли? Отвечая на этот вопрос суды лишь констатируют разницу в правовом режиме доли и вещи, и, не останавливаясь на обязательном исследовании вопроса о противоречии возврата доли правовому режиму имущественных прав, сразу переходят к конечному выводу о наличии такого противоречия[8].

В случае, если судом на основании ст. 488 или 489 ГК РФ удовлетворено требование о возврате вещи продавцу, то принудительное исполнение этого решения будет состоять в отобрании вещи у покупателя и её передачи продавцу (ч. 1 ст. 69 ФЗ «Об исполнительном производстве»). Долю в уставном капитале в этом же порядке принудительно отобрать невозможно. Является ли это обстоятельство препятствием для исполнения решения суда об удовлетворении иска о возврате неоплаченной доли? На наш взгляд нет. Исполнение решения суда о возврате доли будет в этом случае состоять всего лишь в совершении ИФНС регистрационных действий в части смены состава участников общества в ЕГРЮЛ. Нормативным основанием для такого действия будет пункт 3 ч. 1 ст. 8 ГК РФ, предусматривающий решение суда в качестве одного из возможных оснований возникновения гражданских прав и обязанностей. Это не будет противоречить особенностям правового режима доли, так как сам же законодатель в ч. 11 ст. 21 ФЗ «Об ООО» называет решение арбитражного суда о передаче доли в уставном капитале общества в качестве основания для государственной регистрации вносимых в ЕГРЮЛ соответствующих изменений.

Разберём довод о том, что лишение участника доли «возможно лишь в судебном порядке, по предусмотренным положениями данного Закона [имеется ввиду ФЗ «Об ООО» — С. Р.] основаниям, но не в рамках требования о возврате доли по мотиву её несвоевременной оплаты». На первый взгляд здесь всё верно, так как предусмотренная ст. 21 ФЗ «Об ООО» система исков, направленных на защиту прав и законных интересов стороны в отношениях, складывающихся по поводу отчуждения доли, иска о возврате по причине неоплаты действительно не предусматривает. Однако этот довод был бы правильным только в том случае, если бы ФЗ «Об ООО» предусматривал закрытый перечень исков. Между тем, это не так. Формулировка абзаца 3 ч. 12 ст. 21 ФЗ «Об ООО» «…переход доли или части доли может быть оспорен только в судебном порядке путем предъявления иска в арбитражный суд» не указывает единственно возможный предмет этого иска. Смысл этой нормы в лишь запрете прекращения права на долю в административном порядке, например, в случае, когда ИФНС исключает из ЕГРЮЛ участника общества в ходе исправления ошибок, допущенных при совершении регистрационных записей, например, на основании представления прокурора об устранении нарушений законодательства о государственной регистрации юридических лиц[9].

Нарушая срок оплаты, покупатель нарушает право продавца на своевременное получение покупной цены. Иск о возврате доли направлен на восстановление нарушенного права продавца путём восстановления положения, существовавшего до передачи доли покупателю. Тем самым иск о возврате доли в точности соответствует указанному в ст. 12 ГК РФ такому способу защиты гражданских прав как восстановление положения, существовавшего до нарушения права. Каких-либо нормативных запретов или ограничений на применение данного способа защиты права в отношениях, возникающих из договора купли-продажи доли, действующее законодательство не предусматривает.

Если оценивать обсуждаемую нами ситуацию не с точки зрения закона, а позиции здравого смысла, то необходимо заметить, что экономическая цель продажи 100% доли в уставном капитале общества в кредит или с рассрочкой – сделать так, что бы покупатель доли мог, используя общество, получать доход, часть которого направлялась бы на исполнение его обязательства по уплате покупной цены. Невозможность оплаты возникает в случае неэффективности хозяйственной деятельности общества под управлением нового собственника. В такой ситуации было бы вполне разумно вернуть долю продавцу, который будет эксплуатировать общество более эффективно. 

***

Что делать продавцу доли?

Прежде всего, не смотря на ошибочность позиций судов, отрицающих возможность возврата доли по причине её неоплаты, продавцам долей следует принимать её как факт, с которым, в отсутствии иной позиции ВАС РФ, необходимо считаться.

Затем необходимо обратить внимание на то обстоятельство, что в ряде судебных актов, которыми продавцам долей было отказано в их возврате, обращалось внимание на то, что обязательным условием возврата доли является расторжение договора купли-продажи[10]. После этого необходимо принять к сведению судебную практику, в которой удовлетворялись иски продавцов долей об их возврате по основанию существенности нарушения покупателями обязанности по их оплате на основании ч. 2 ст. 450 ГК РФ.

Пример. Между ЗАО «Металлург Ресурс» (продавец) и ООО «Межрегиональная компания «Развитие» (покупатель) 15.12.2006 г. был заключён договор № 12-4МР купли-продажи доли в уставном капитале ООО «Санаторий-профилакторий «Металлург» в размере 99,993%. В соответствии с п. 2.2 договора покупатель в 90-дневный срок должен был перечислить стоимость доли на расчётный счёт продавца. В связи с неоплатой доли продавец обратился в суд с иском покупателю о расторжении договора купли-продажи доли. Удовлетворяя исковые требования продавца о расторжении договора, суды обоих инстанций исходили из установленного ими факта существенного нарушения ответчиком условий договора, выразившегося в не оплате приобретенной у истца доли в уставном капитале ООО «Санаторий — профилакторий «Металлург». При этом в обжалуемых судебных актах суды сослались на положения статьи 450 и 452 ГК РФ. Суды пришли к выводу о том, что требования истца в части расторжения договора от 15.12.2006 г. подлежат удовлетворению, поскольку ответчик обязательства по оплате 99,993% доли в уставном капитале ООО «Санаторий-профилакторий «Металлург» надлежащим образом не исполнил, чем существенно нарушил обязательства по договору от 15.12.2006 г.[11]

Такими образом, продавцу доли может быть рекомендовано настаивать на включение в договор купли-продажи доли условия о том, что договор действует до полного перечисления продавцу покупной цены, а нарушение срока платежа стороны признают существенным нарушением договора, которое даёт продавцу право на его расторжение в одностороннем порядке. Нормативным основанием для требования о возврате доли будет ч. 5 ст. 453 ГК РФ, согласно которой если основанием для расторжения договора послужило существенное нарушение договора одной из сторон, другая сторона вправе требовать возмещения убытков, причинённых расторжением договора. Достоинства этого варианта действий в том, что в случае введения в отношении покупателя какой-либо процедуры банкротства иск о расторжении договора и возврате доли будет предъявляться в арбитражный суд и рассматриваться в общем порядке, поскольку данное требование не является денежным.

[1] События происходили до 1.07.2009 г.

[2] Решение Арбитражного суда Краснодарского края от 28.03.2011 г. по делу № А32-12668/2009-17/206. На дату завершения настоящей статьи в апелляционном порядке дело не рассмотрено.

[3] Постановление ФАС Московского округа от 15.12.2006 г. № КГ-А40/12139-06. Аналогичная позиция –см. постановления ФАС Дальневосточного округа от 25.02.2011 г. № Ф03-9481/2010 и ФАС Уральского округа от 30.09.2010 г. № Ф09-2415/10-С4.

[4] Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 30.04.2010 г. № 09АП-8517/2010-ГК. В кассационном порядке данное дело не рассматривалось.

[5] ФАС Северо-Кавказского округа. «Обобщение судебной практики по делам, рассмотренным в кассационном порядке во втором полугодии 2007 года (Корпоративные споры (кроме споров об определении долей и оспаривания крупных сделок и сделок с заинтересованностью))» (п. 1.3).

[6] Определение ВАС РФ от 7.09.2009 г. № ВАС-11093/09; постановление ФАС Московского округа от 2.02.2011 г. № КГ-А40/17156-10.

[7] См. Гражданское право: актуальные проблемы теории и практики / Под общ. ред. В. А. Белова. М. Юрайт-Издат. 2007. С. 339.

[8] В качестве примера настоящей, а не мнимой невозможности применения правил о вещах к имущественным правам можно указать на невозможность применения к обороту имущественных прав правил о добросовестном приобретении. Обязательным условием последнего является владение – физическое господство над вещью, между тем право – явление идеальное, владение правом невозможно. См. Скловский К. И. Собственность в гражданском праве. М. 2008. С. 318.

[9] Пример того, как это происходило на практике – см. постановление ФАС Северо-Кавказского округа от 2.02.2009 г. № А53-10863/2007-С6-48.

[10] См. постановления ФАС Дальневосточного округа от 25.02.2011 г. № Ф03-9481/2010, ФАС Уральского округа от 30.09.2010 г. № Ф09-2415/10-С4, ФАС Московского округа от 14.12.2010 г. № КГ-А40/10050-10 и  ФАС Поволжского округа от 3.09.2010 г. № А55-239/2009.

[11] См. постановление ФАС Московского округа от 14.12.2010 г. № КГ-А40/10050-10. Аналогичная позиция – см. постановления ФАС Центрального округа от 24.02.2011 г. № А64-1524/2010 и ФАС Западно-Сибирского округа от 3.02.2009 г. № Ф04-402/2009(20129-А27-39).

Leave A Comment

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *